Анаит Григорян. «Осьминог». Роман. Издательство Inspiria, 2021
Часть 1. Заметки о книге
Тяжела работа бога смерти. Жалко людей, но таковы условия контракта. И человеку от смерти никуда не деться, даже на далеком острове в тысячах и тысячах километрах от тебя сегодняшнего. Когда читаешь роман о современной Японии, пусть даже о глухой провинции, находишь для себя много близкого. Но похожее ощущение может возникнуть и при чтении о любом географическом месте, и даже не очень географическом, скажем, о другой планете или одном из параллельных миров. Везде свои мелкие и средние боги и сущности. Вот японские кошки-оборотни и следящие за тобой божественные осьминоги; но ведь и в других местах сущности не очень-то отличаются содержанием, просто принимают другую внешнюю форму, сливаются с местной природой; скажем, где-то вместо осьминога — медведь или крот. Ну а люди — они везде люди.
Анаит Григорян жила в Японии, там друзья и знакомые, она хорошо знает местный язык. Поэтому описания современных японских реалий в романе тщательны и подробны, в повествовании много деталей, по которым сразу понимаешь, да, это так, все так и есть. И все именно так и происходило. Язык, которым написана книга, богат, глубок и легок, в современной литературе такое встречается нечасто. Сюжет закручен, повествование богато событиями, энергично. Элементы мистического триллера и детектива заставляют двигаться вперед, книгу не закроешь на середине и не отложишь, действие по-настоящему захватывает. Хочется отметить прекрасные научные комментарии к тексту; здесь они не вспомогательное средство, а одна из равноправных плоскостей, лежащих в основе романа. Правильно составленные комментарии всегда важны, они поддерживают повествование и придают ему правдивость.
Часть 2. Художественные приложения
«Мне так жаль, — прошептал господин Каваками. — Моя семья заслуживала больше любви, чем мог дать им такой человек, как я. Ёрко…
— Не наговаривайте на себя, господин директор компании. Я уверен, что ваши близкие знают, что вы любите их. Это нормально, когда мужчина не показывает своих чувств. Отдохните, пожалуйста, вам нельзя тратить силы.
Господин Каваками молчал. Курода считал про себя секунды — «Скорая», наверное, уже остановилась у подъезда здания, ворота им предусмотрительно открыли заранее.
— Курода-кун…
— Да, господин Каваками?
— Скажи мне… — На этот раз мужчине все-таки удалось немного приоткрыть глаза. — Ты — бог смерти?
Курода Сано вздрогнул, как будто его коснулся порыв холодного воздуха. Можно было ответить что-нибудь утешительное — в любой другой ситуации он бы именно так и поступил. Но господин Каваками был честным человеком — насколько знал Курода, начальник никогда в жизни не покривил душой и не сказал того, чего на самом деле не думал, так что он заслуживал ответной честности — даже если это было против правил.
— Да, — просто ответил Курода.
От груди господина Каваками — из той самой точки, где разорвалась одна из веточек правой коронарной артерии, уже исходило все усиливающееся голубоватое свечение. Курода положил на грудь умирающего руку, и свечение, мягко обойдя его пальцы, рассеялось в воздухе. Господин Каваками сопротивлялся смерти — у него было еще много незаконченных дел. Проекты компании. Переговоры с партнерами. Строительство огромного торгового центра. Его рыбки. Его любимая дочь Ёрико. Он услышал, как в дальнем конце коридора открылись двери лифта. В свежем вечернем воздухе растекались тонкие полупрозрачные светящиеся нити: наткнувшись на работающий климат-контроль, они отшатывались и скручивались в крошечные спирали, похожие на усики пара, вьющиеся над чашкой горячего кофе. Сердце господина Каваками остановилось».