Максим Жегалин. «Бражники и блудницы. Как жили, любили и умирали поэты Серебряного века». Документальный роман. Издательство Individuum, 2025
Часть 1. Заметки о книге
«Бражники и блудницы» Максима Жегалина — документальный роман о самой яркой части Серебряного века, с 1905 по 1921 год. События приведены в хронологическом порядке, часто расписаны по дням, это позволяет охватить общую картину, проследить параллельно происходящие процессы. Чрезмерной научной строгости при изложении, разумеется, нет, но вот если весь этот материал представить в виде скупо оформленных выписок или дневниковых цитат, то не филологический читатель непременно заскучает и завязнет (хотя для специалистов список использованной литературы приводится, всё как положено, почти сотня монографий и томов мемуаров).
«Май 1905
15 мая телеграфисткам петербургского телеграфа наконец-то разрешают выходить замуж за кого они хотят. До этого телеграфистки могли выходить замуж только за телеграфистов — чтоб не нарушать телеграфную тайну. Параллельно с этим японский флот полностью уничтожает русскую эскадру в Цусимском сражении.
Гиппиус и Мережковский путешествуют по Константинополю. Брюсов с Петровской собираются ехать в Финляндию. Андрей Белый пишет романтическую поэму, Блок приглашает Белого в Шахматово. Весь май бушуют грозы».
Динамичное описание, легкая речь, не текст, а нежная игра в серсо. Впрочем, кто-то в отзывах сравнивает повествование в «Бражниках» с калейдоскопом. Да, мы наблюдаем, будто в детской трубке-калейдоскопе, отражения и тени, стекляшки и бусины, складывающиеся в цветные движущиеся узоры. Внутри трубки есть ещё и обрывки бумаги: куда писателям без страниц. Да, смотровое отверстие трубки усилено линзой, чтобы лучше рассмотреть персонажей, их чудачества, излишества, гримаски. Но ведь то чудачества великих.
«Май 1916
Тем временем футурист и король времени Велимир Хлебников в Царицыне: его призвали в солдаты, и сейчас он находится в учебной роте. Занятия строем кажутся ему пыткой, он боится сослуживцев, те же просто издеваются над странным поэтом и называют его “оно”.
“Я дервиш, йог, марсианин, что угодно, но не рядовой пехотного запасного полка!” — возмущается Хлебников и просит художника-врача Кульбина прислать ему освободительный диагноз».
Но вот наступает известный год, трубка падает, внутри что-то разбивается, в подглядывательной полости темно, но узоры всё равно различимы, хоть и серые, и не совсем симметричные… Что же теперь с ними будет?..
Часть 2. Художественные приложения
«1911
Амундсен достигает Южного полюса. Империи спускают на воду военные корабли. В Турине проходит конкурс телеграфистов: победителю удается передать полторы тысячи слов за час.
<…>
2 января в Петербурге, в квартире поэта Алексея Толстого и его жены, художницы Софьи Дымшиц-Толстой, происходит веселый маскарад. Тема — животные, для чего Толстой попросил жену Сологуба Анастасию Чеботаревскую добыть несколько редких обезьяньих шкурок. Чеботаревская постаралась и достала шкурки у знакомого врача с обещанием вернуть все в целости.
И вот — маскарад у Толстых. Ряженые скачут под неистовую музыку, в углу на диванчике сидит писатель Алексей Ремизов, известный своими странными выходками. Никто не может понять, когда Ремизов врет, а когда говорит правду.
(“Зинаида Николаевна, а вы на икру-то особо не налегайте”, — однажды через весь стол сказал он Зинаиде Гиппиус на каком-то званом обеде. Никакой икры на столе не было, Гиппиус была фраппирована.)
Ремизов кажется то чертом, то магом, он пишет письма на старорусском и любит рядиться в маску козла. И вот он наблюдает за маскарадом и видит, что рядом с ним на диване лежат несколько прекрасных обезьяньих шкур.
“Хм, — думает Ремизов, — а почему бы и нет?”
На следующий день, 3 января, веселый маскарад происходит уже в квартире Сологуба. Хороводы, танцы, девушки в античных костюмах, мужчины в костюмах древних германцев. Среди гостей, помахивая хвостом, ходит писатель Ремизов. Обезьяний хвост аккуратно приделан к его пиджаку.
Только через несколько дней до Анастасии Чеботаревской доходит, что обезьяний хвост Ремизова безжалостно оторван от шкурок, которые она должна вернуть знакомому врачу.
Страшный скандал: жена Алексея Толстого настаивает, что хвост оторвал Ремизов. Чеботаревская пишет гневное письмо Ремизову. Ремизов говорит, что он хвоста не отрывал, а уже нашел его отдельно лежащим от шкурки. Чеботаревской приходится извиняться. Сологуб думает, что хвост оторвала Толстая и во всем обвинила чудака Ремизова. Сологуб оскорблен — он разрывает отношения с Толстым. Кто же оторвал хвост на самом деле?
Меж тем в Санкт-Петербурге оттепель и наводнение. Блок в неврастении: до такого состояния его довело утомительное летнее домостроительство, петербургская осень и напряженные отношения с Любовью Менделеевой. Доктор прописывает Блоку шведский массаж: поэт исправно ходит к массажисту и чувствует, как расслабляются мышцы, а в груди образуется что-то наподобие музыкального инструмента».