Юлия Маннхерц. «Оккультизм в последние десятилетия Российской империи». Издательство «БиблиоРоссика», 2025
Часть 1. Заметки о книге
Книга научно-популярная, полезная для понимания обстановки в последние десятилетия Российской империи. Здесь представлена обширная библиография; кроме документов из российских крупных архивов есть материалы, у нас в стране недоступные (пособие переведено с английского). Только со временем начинаешь понимать, что это за странные эпизоды из дореволюционной жизни мелькали в советских фильмах. Просто лет сорок назад еще существовали научные консультанты (в отличие от большинства нынешних сериалов), сведущие в истории, а кто-то даже и сам успел пожить до революции. Вышколенные советские подростки удивлялись, как так, неужели процветала такая глупость, как спиритические сеансы, и, мол, правильно, что вместо мракобесия пришла логичная власть материалистов. Хотя всё не так просто. И недотыкомка, появляющаяся во время освящения новой квартиры Передонова, не просто безумная идея Фёдора Сологуба, а маркер психического состояния общества. И отсюда же общение с духами, встречающееся в художественной литературе тех лет. Новое богоискательство на всех социальных уровнях, спиритизм в культуре элитарной, гипнотизм в культуре массовой, сигналы о многочисленных странных происшествиях в «непокойных» домах: «ночью по дому будто сами по себе стали перемещаться ковры, мешки, конские попоны и обувь» (Кстати, подобное возникало и в СССР накануне перестройки: в квартирах неожиданно заводился барабашка, происходил полтергейст, что-то стучало ночью,двигались шкафы и падали табуретки). Все эти странности действительно отражали происходящее в обществе, символизировали отражение тектонических сдвигов. (Как не вспомнить здесь и «девяностые» с их повальной эзотерикой, гороскопами и водой, заряженной через телевизор). Видимо, в сложные переходные периоды мифологическое мышление захватывает общество. Кстати, именно в конце девятнадцатого века загробные сущности были переселены некоторыми учёными в четвертое измерение; ведь именно тогда были открыты неевклидова геометрия и геометрия высших измерений. До сих пор это удобная теория — попробуй, проверь её. В книге Маннхерц осторожно и тщательно продемонстрировано, как оккультизм сопровождал явления, воплотившиеся в 1917 году. И уж лучше бы оставались недотыкомки.
Часть 2. Художественные приложения
«Несмотря на важность оккультизма в жизни отдельных людей и российской печати конца ΧΙΧ века, увлечение современников сверхъестественным либо игнорировалось, либо активно вычеркивалось из исторического повествования. Особенно показателен в этом отношении пример Брюсова. В дневнике и письмах другу Лангу мысли молодого Брюсова об искусстве, о философии и литературе неразрывно переплетались с повествованиями о спиритических сеансах и сексуальных приключениях. Уже первая запись в дневнике задала тон: здесь описывается, как прошел сеанс. В первой записной книжке Брюсов скрупулезно описывает собственную спиритическую деятельность и свой роман с Еленой Масловой, который разворачивается на светских приемах и спиритических собраниях. Брюсов открыто заявляет, что декаданс, спиритуализм и страсть — важные компоненты его художественной программы. В одной из дневниковых записей мы читаем: “Найти путеводную звезду в тумане. И я вижу их: это декадентство и спиритизм. Да! Что ни говори, ложны они, смешны ли, но они идут вперед, развиваются, и будущее будет принадлежать им, особенно если они найдут достойного вождя. А этим вождем буду я! Да, я! И если у меня будет помощником Елена Андреевна. Если! Мы покорим мир”.
В советских изданиях дневников спиритуализм исчез из повестки. От пары “декадентство и спиритуализм” осталось одно “декадентство”, а роман Брюсова с Еленой Масловой превратился всего лишь в легкий флирт на именинах поэта. И не только в советских изданиях так обращались со спиритуализмом. В английском издании дневников поэта любые упоминания невидимого мира были подвергнуты еще более суровой цензуре. Биографии других известных и уважаемых современников, разделявших спиритуалистические взгляды Брюсова, также подвергались цензуре. К примеру, генерал А. А. Брусилов, герой Первой мировой войны и выдающийся красный командир, верил в реальность общения с потусторонним миром. Хотя эта вера отражена в оригинальной версии его мемуаров 1929 года, она исчезает из последующих советских изданий, а потом — и из английского и французского переводов.
Даже если спиритуалистические убеждения видных деятелей культуры или исторических лиц не отрицались напрямую, они, тем не менее, оставались источником смущения для биографов. В случае химика Бутлерова в биографиях и энциклопедических статьях его интерес к спиритуализму упоминается кратко с некорректной оговоркой: “К счастью, Бутлеров проводил строгую границу между приверженностью к медиумизму и всей своей остальной научной, педагогической и общественной деятельностью”. Такое смущение ученых верованиями тех людей, о которых они пишут, сохраняется по сей день».